| |
Белозерцев С.В, 12.01.2009 15:16
и использование архаичных форм общественного устройства
Уважаемые коллеги, теория хороша только тогда, когда подкреплена практикой. Да и практике нужны теоретические положения, просчитанные модели социально прогнозируемого, чтобы не повторять ошибок или вовсе не совершать их.
Но мы живём в России и с таким её руководством, которое есть. Поэтому ни о моделях будущего, ни о просчёте и обсуждении возможных вариантов представляемого или даже предлагаемого грядущего не может быть и речи, так как даже Госдума у нас, по словам её спикера из общественного объединения «ЕдиРаска», - не место для дискуссий. Опыты наши вожди проводят на живых людях, которых, как в перенаселённом Китае, не считают, хотя население бурно сокращается (по миллиону в год вне вооруженных столкновений) и даже не воспроизводится. Главное, на чём сосредоточена мысль руководителей страны и её субъектов, - две проблемы, на решение которых и скоординировано ими всё национальное богатство - личное (клановое) обогащение и сохранение власти, причём и та и другая решаются любыми средствами и без какой-либо экономии.
Мы начали говорить о появлении в социуме архаичных структур в том числе в сфере управления обществом тогда, когда не получающий ничего от власти кроме лишений народ вынужден обращаться, не видя выхода из распадающихся под вертикалью корумпированной власти экономикой и социальной жизнью, вынужден обращаться из-за отсутствия безопасности не только от простых бандитов, но и от тотальных гостеррора и госрэкета. Когда в сфере управления отсутствует обратная связь, а для успокоения народа его кормят виртуальной реальностью через СМИ, созданием псевдореальности и вне телевидения, например, подменой неуклонно всё более удавливаемого гражданского общества, всякими ОПами (общественными палатами), безидеологическими «партиями», то, видимо, и сами начинают верить этой лжи, поскольку принимаемые решения — мало адекватны. Народ же, сталкиваясь с радикально отличающейся реальностью, и не в состоянии решать какие-либо свои проблемы через не настроенные на его обслуживание и обеспечение властные органы, вынужден искать им замену хотя бы для самосохранения. Ведь правоохранительные органы трудно отличить от бандитов, поскольку используются одинаковые методы и средства, и те и другие опираются на человеческий страх, грабят и насилуют.
Самым опасным полигоном для вышеперечисленного в стране стали Северо-Кавказские республики, среди них — Республика Ингушетия.
Можно было бы много рассказывать о реально происходящем в Ингушетии: постоянных похищениях людей (в том числе для выкупа), бессудных расправах, оформлении ограблений и разбоя госслужб как борьбы с террористами и пр., но обо всём этом можно прочитать на преследуемом госслужбами за правду сайте «Ингушетия.ру», сейчас, впрочем, это уже «Ингушетия.орг». Все конечно слышали о нашумевшей, но ни к чему из-за опасений организаторов, не приведшей акции «Я не голосовал», когда в республике собрали подписи людей не голосовавших на выборах 2007 г., число которых далеко перевалило за половину всех избирателей. Впечатление произвёл за несколько месяцев до выборов опубликованный список президента РИ Зязикова избранных депутатов в Народное Собрание Ингушетии и вызвал не только отказ участвовать в фарсе, но и мирный социальный протест — через митинги докричаться до своего президента и правительства, требовать уголовного преследования коррупционеров.
Нотариально заверенная подлинность числа подписей с адресами людей не была передана ни в СК прокуратуры РФ для привлечения к предусмотренной уголовным законодательством ответственности виновных за тотальную фальсификацию результатов голосования, ни президенту РФ для сведения о доказанном сотворяемом правящим ингушским чекистом-президентом. Все слышали и о постоянных жестоких расправах с приходящими на митинги против коррупции и республиканского политического режима людьми и журналистами, о страхе и нежелании госвластей слушать народ, о постоянной официальной публичной лжи ингушского президента-чекиста по поводу строительства заводов и жилья, дорог и т.п. Лжи вместо рабочих мест и жилья для насильственно депортированных и беженцев, лжи вместо честных и профессиональных расследований преступлений, лжи и коррупции вместо надежды на будущее, вместо перспектив развития общества и республики.
И в этой ситуации потерявший надежду на власти народ решил обратиться к архаической форме управления - Мехк-Кхелу, в который каждый ингушский тейп избрал по депутату. ИА REGNUM перевёло это название и как “Совет Страны» и как «Народный Суд», «на котором в прошлом родовые старейшины решали вопросы войны и мира и принципы государственного устройства. По преданию, на одном из таких собраний вайнахские старейшины отказались от института и выборов царей, князей в пользу общинной демократии свободных людей». По-сути был создан параллельный властный орган народного самоуправления, не противоречащий ни Конституции России, ни международной Конвенции о самоуправлении. Почему в СМИ полилась ложь, обслуживающая страх властей, говорящая об экстремизме, сепаратизме, неконституционности и пр.глупостях, легче всего выяснить изучая документы, формулирующие цели, задачи и средства для их осуществления. Лучше всего говорят размещённые на сайте «Ингушетия.ру (орг)» документы, например, поект Устава:
«Мехк Кхел создан как орган общественного самоуправления Республики Ингушетия в условиях потери и полного отсутствия контроля со стороны органов государственной власти за происходящим в республике, массового несоблюдения (прежде всего, представителями большинства структур власти) на её территории действующего законодательства РФ, норм Конституции РФ, Конституции РИ и международного права, являющегося в силу ч. 4 ст.15 Конституции РФ частью отечественного права и имеющего приоритет над федеральными законами в случае несовпадении их норм, а также коррумпированности органов власти при полном отсутствии прозрачности их функционирования, а значит и контроля за ними со стороны граждан, упразднении отчетности и ответственности власти перед гражданами (народом, как основой российского права), узурпации власти представительных органов назначенцами структур исполнительной власти, массовых бессудных расправ, применения пыток и террора в отношение граждан России представителями так называемых республиканских и федеральных силовых структур, повсеместного массового сокрытия преступлений, не проведение расследований, функционирования не на основании Закона судебной власти и правоохранительных органов, использования уголовного законодательства в качестве инструмента политики, массовых нарушений прав человека и попрания законных интересов российских граждан, проживающих на территории Ингушетии. Во все времена и у всех народов при отсутствии у государства способности и\или желания исполнять свои функции, прежде всего, по обеспечению безопасности, достойной жизни, процветания граждан и общества, эти функции в целях самосохранения всегда брало на себя гражданское общество, так как под угрозу ставилось само существование, как общества (народа), так и государства. Нежелание властей не только служить народу, но даже слушать народ стало вопиющим: право на митинги и собрания фактически перестало существовать и они разгоняются с применением насилия, свободы слова и средств массовой информации на территории республики не существует, безнаказанно воспрепятствуют осуществлению профессиональной деятельности журналистам из других регионов через применение насилия, уничтожение орудий их труда, лишение свободы и насильственной депортации за пределы РИ, и даже захват в заложники. Представители различных бандформирований, в том числе из правоохранительных федеральных и республиканских структур, свободно и беспрепятственно передвигаются по территории республики в масках на транспортных средствах без опознавательных знаков и госномеров, вламываются в дома граждан без предъявления санкций и документов, удостоверяющих личность, грабят и убивают людей, в том числе малолетних детей, умышленно уничтожают имущество, похищают людей, а в случае их (бандитов) задержания республиканской милицией, незаконно без проведения расследования их противоправных действий освобождаются республиканским ФСБ с возвращением им орудий совершения преступления - оружия.
Бездействие федеральных властей по защите Закона, конституционных и конвенционных прав и свобод граждан на территории Ингушетии, где человек, его права и свободы перестали иметь какую-либо ценность, где он отчуждён от власти и лишён конституционной защиты, обязывает неравнодушных и общественно активных граждан в полном соответствии с провозглашёнными в России нормами права институциализировать своё намерение защищать права и представлять законные интересы россиян в РИ, обеспечивать на её территории мир (спокойствие и порядок) и справедливость, реальное действие конституционных и федеральных законов РФ через свой действительно представительный орган общественного самоуправления – Мехк-Кхел».
Отчасти создание такого органа было связано и с фактическим отказом Госдумы от выборов вообще, поскольку после запретов голосования против всех, отмены выборов по мажоритарным округам и оставления наиболее корупционноёмких — по спискам допущенных исполнительной властью партий, отмены избрания гражданами глав исполнительной власти субъектов Федерации, был снят ещё и нижний барьер, делающий их законными, т.е. граждане перестали быть нужны для признания процедуры состоявшейся и законной (достаточно голосов избирательных комиссий).
«Граждане России, проживающие в РИ, считают, что только Мехк-Кхел способен сейчас представлять их интересы противостоять провокациям, раздуванию национальной и религиозной розни и ненависти, в том числе со стороны органов республиканской власти, способствовать достижению мира и отказу от насилия и страха, как единственных способов осуществления политической власти, блокировать провокационный целенаправленный сепаратизм президента, ФСБ и руководства МВД РИ, объективно ведущих к распаду целостности России, и восстановить действие главы неизменяемых статей Конституции РФ, касающихся и неотчуждаемых прав человека, которые не действуют на территории Ингушетии, а именно: ст.ст.17-25,27-32,35,38-42,45-50,52-53,55-56,60,64 Конституции РФ. В сложившейся ситуации в республике только Мехк-Кхел сможет превратить политический процесс в форму согласования интересов и потребностей различных групп общества, уведомления об этих, уже согласованных интересах, исполнительной власти с целью выработки ею механизмов их обеспечения, принуждения республиканской власти к принятию эффективного и действенного договорного процесса и разумной поддержки совместных решений вместо нагнетания страха и насилия, как единственных применяемых ими средств для осуществления принятых решений, которые противоречат как действующим конституционным, так и конвенционным нормам права».
За то, что существовало намерение реорганизовать архаический, представляющий только тейпы, орган, говорит формулировка о широком представительстве: «В состав Мехк-Кхел Республики Ингушетия (далее Мехк-Кхел) на основе добровольности входят граждане Российской Федерации, проживающие на территории республики и избранные в этот орган общественного самоуправления представлять интересы от своих национальных, родовых, общественных и религиозных объединений, на основании принимаемой съездом Мехк-Кхел процедуры, а также граждане, признанные съездом, как имеющие особые заслуги перед государством и обществом, введённые в состав Мехк-Кхел съездом и наделённые правом совещательного голоса. В состав общественного самоуправления не могут избираться граждане, находящиеся на государственной службе или избранные в органы представительной власти, за исключением районных по РИ. Никакие структуры исполнительной власти представительства в Мехк-Кхел не имеют, а их представители могут приглашаться к участию в работе только для выражения точки зрения этих структур по рассматриваемым проблемам или разрабатываемым проектам принимаемых документов, соответственно, и их нормативные акты не могут иметь для Мехк Кхел обязательного характера, так как не должны противоречить действующему на территории России законодательству, которым руководствуется орган общественного самоуправления РИ».
«Устав разработан в целях вовлечения широких кругов ингушской общественности в выработку и, соответственно, реализацию государственной политики РФ и РИ структурами гражданского общества, учета органами власти разнообразных потребностей и интересов граждан, как конституционно определённой основы их деятельности, их общественных инициатив, обеспечения защиты прав общественных объединений и граждан, а также создания механизма и осуществления реального действия общественного контроля за деятельностью и формированием органов публичной власти, а также органов, обеспечивающих правопорядок. Одной из главных функций Мехк Кхел является общественная экспертиза законопроектов и нормативных актов РИ, решений и законопроектов, касающаяся перспектив развития Ингушетии, осуществляемая как силами её членов, так и привлечённых специалистов. Развитие республики возможно только при постоянном взаимодействии представительного органа самоуправления Мехк-Кхел с органами государственной власти, диалога власти и граждан иначе исполнительная власть работает не на общество, а на самоё себя, на самообеспечение чиновников за счёт граждан и вопреки их потребностям, интересам и воле, потому не имеют права на существование согласно сути и духу Конституции России.
В основу Устава Мехк-Кхел легли ключевые положения закона прямого действия – Конституции России: демократический правовой характер государства (ст.1, ч.1), определяющий единственной высшей ценностью человека, его права и свободы, а признание, соблюдение и защиту этих прав и свобод делающим основной обязанностью государства (ст.2). К числу этих прав относятся указанные выше и попираемые на территории РИ: всеобщее равноправие, в т.ч. граждан (ст.19); равенство общественных объединений перед законом (ст. 13 ч.4), кроме тех, создание и деятельность которых запрещается (ст.13 ч. 5); свобода мысли и слова, свобода информации (ст. 29); право на объединение и свобода деятельности общественных объединений (ст. 30); право на участие в управлении делами государства (ст. 32) и др. конституционные нормы».
Пожалуй, самым страшным для официальных властей стало заявленное намерение не устраивать посиделок с разговорами о чём угодно но без каких-либо реальных действий: «Мехк-Кхел намерен осуществлять мобилизацию населения республики на поддержку осуществления всех решений республиканских властей, принятых в соответствии с Законом, и в интересах народа Ингушетии, не нарушающих законных прав граждан, а также на противодействие любым решениям, нарушающим конституционные и конвенционные права и свободы граждан, провоцирующие межнациональную, межрелигиозную и социальную рознь, объективно способствующие действиям в республике любых анонимных вооруженных формирований (военизированных групп, скрывающих лица, не предъявляющих удостоверяющих личность командиров документов и законных санкций на производство каких-либо действий, перемещающихся на машинах без опознавательных знаков принадлежности и номерных знаков), ведущим к разрушению конституционной основы Российской Федерации».
В обсуждении проблем нового представительного органа самоуправления совершенно верно говорилось, что принятый «устав сразу же отринет любые обвинения и претензии = общественный орган, предусмотренной Конституцией РФ, самоуправленческий орган, предусмотренный и Конституцией РФ и федеральным законодательством о самоуправлении и соответствующей Европейской Конвенцией. Уровень власти Мехк- Кхел будет тот, который реально будет достигнут через доверие граждан, стремление подчиняться его решениям, то есть намного более высокий, чем у нелегитимных официально существующих органов». Что устав должен содержать «те функции, которые уже обсуждались на Сайте (Контроль за исполнительными органами власти, правоохранительными, вернёт избрание начальников местной милиции и судей, реальную ответственность должностных лиц за действия/бездействия, право отзыва избранных в представительные и исполнительные органы лиц любого уровня власти, независимых расследований с привлечением, кроме гособязанных, независимых экспертов и специалистов...)»
Не случайно к органу народного самоуправления уже обращаются даже из-за рубежа по проблемам, касающимся, например, управлением религиозной деятельностью — мол, решите с религиозным образованием за рубежом, поскольку муфтият только разговаривает про заботу о студентах, которые по сравнению с другими, терпят массу трудностей и занят зарубежными турне и личным самообеспечением как и гражданские власти республики.
Как я уже говорил, Ингушетия стала полигоном отработки самых грязных методов осуществления власти в России, и сигнал возможности пробуждения гражданского общества и его институализации вопреки желанию и насилию властей, пусть и в форме архаической организации параллельной бездействующей или действующей против народа власти, вместо неугодной народу уже прозвучал. Самым реальным было бы «изменение судьбы» ингушскому президенту его коллегами-чекистами, т.е. его убийство под видом кровной мести, объявленной со стороны родственников убитого по приказу руководителей правящего преступного сообщества владельца доменного имени сайта «Ингушетия.ру», Магомеда Евлоева. Но федеральные власти, опасаясь давно провоцируемого в Ингушетии социального взрыва, решили просто заменить ингушского руководителя, заодно внушив людям мысль, что Мехк-Кхел и создан был только для снятия проворовавшегося и разорившего республику чекиста и его коррумпированных сторонников. Удастся ли одурачить людей, убедить или купить руководство нового и не сверху созданного органа самоуправления в том, что они были созданы не для переустройства общественной жизни, удовлетворившее бы огромное большинство проживающих в Ингушетии, прекращения произвола любых должностных лиц и служб, а только для замены руководящей верхушки при сохранении неизменной сложившейся системы общественных отношений — покажет жизнь.
Белозерцев С.В., к.ф.н, доц., Московский государственный открытый университет, rusalternate2006@narod.ru (III-e Ковалевские чтения, 13-14.11.08 г.)
|
Отправить другу
Версия для печати
